Банк обратился в суд с иском к РФ в лице ФССП России, ГУ ФССП России по Московской области о возмещении убытков, причиненных незаконными действиями судебного пристава-исполнителя, взыскании судебных расходов на уплату государственной пошлины. Причиной обращения в суд с исковым заявлением стало то, что судебный пристав-исполнитель незаконно распределил денежные средства от реализации имущества в пользу должника, тогда как должен был направить их истцу.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований отказано. Суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности причинения убытков в заявленном размере, об отсутствии причинно-следственной связи между действиями судебного пристава-исполнителя и возникновением вреда, указав, что заявленная к взысканию денежная сумма не является убытками для истца, а продолжает оставаться задолженностью, связанной с неисполнением должником своих обязательств, в связи с чем Банк имеет право на получение указанной денежной суммы с должника.

С выводами суда первой инстанции согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.

Исполнительное производство осуществляется на принципах законности, своевременности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения.

Согласно пункту 1 статьи 12 Федерального закона от 21 июля1997 г. № 118-ФЗ «О судебных приставах» (нормы приведены в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, далее - Закон о судебных приставах) в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных федеральным законом об исполнительном производстве, судебный пристав-исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.

В силу пунктов 2 и 3 статьи 19 Закона о судебных приставах судебный пристав несет ответственность за проступки и правонарушения в соответствии с законодательством РФ.

Ущерб, причиненный судебным приставом гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством РФ.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 ноября2015 г. № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» также разъяснено, что по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда.

Если в ходе исполнительного производства судебный пристав-исполнитель не осуществил необходимые исполнительные действия по исполнению исполнительного документа за счет имевшихся у должника денежных средств или другого имущества, оказавшихся впоследствии утраченными, то на истца по иску о возмещении вреда, причиненного незаконным бездействием судебного пристава-исполнителя, не может быть возложена обязанность по доказыванию того обстоятельства, что должник не владеет иным имуществом, на которое можно обратить взыскание.

В то же время отсутствие реального исполнения само по себе не является основанием для возложения на государство обязанности по возмещению не полученных от должника сумм по исполнительному документу, поскольку ответственность государства в сфере исполнения судебных актов, вынесенных в отношении частных лиц, ограничивается надлежащей организацией принудительного исполнения этих судебных актов и не подразумевает обязательности положительного результата, если таковой обусловлен объективными обстоятельствами, зависящими от должника.

При этом, если наличие вреда и его размер доказываются потерпевшим, то вина причинителя предполагается, то есть отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Причинная связь между противоправным действием (бездействием) причинителя и наступившим вредом является обязательным условием деликтной ответственности и выражается в том, что первое предшествует второму во времени и первое порождает второе.

При таких обстоятельствах вывод суда об отсутствии причинно-следственной связи между незаконными действиями пристава-исполнителя и возникшими убытками нельзя признать правильным.

Кроме того, суд первой инстанции, полагая, что заявленная к взысканию денежная сумма не является убытками для Банка, а продолжает оставаться задолженностью, связанной с неисполнением должником своих обязательств, в связи с чем Банк имеет право на получение указанной денежной суммы с должника, не учел, что наличие задолженности у должника перед Банком само по себе не исключает причинения вреда Банку незаконными действиями судебного пристава-исполнителя, выразившимися в утрате имущества должника, и обязанности его возместить.

С учетом изложенного, отказ судов в иске о возмещении убытков, причиненных действиями судебного пристава-исполнителя, противоречит приведенным выше нормам права, а также разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила вынесенные судебные постановления и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.